Ужгородця, котрий вбив сина своєї коханої, засудили до довічного ув'язнення

Мовою оригіналу

 

После смерти ребенка его бабушку госпитализировали в психиатрическую больницу

Виталик, внебрачный сын жительницы Перечина (райцентр возле Ужгорода), погиб пять лет назад, в июне 2007-го — во время пикника, который его мама, на тот момент 18-летняя, устроила со своим ухажером. Сначала правоохранителям все было преподнесено как несчастный случай — молодые люди якобы уснули на берегу реки, а ребенок, оставшись без присмотра, пошел в воду и утонул. Однако во время опроса в прокуратуре Андрей начал путаться в показаниях и в конце концов признался, что сам утопил мальчика. Причина — хотел жениться на его матери, а родные не приняли бы невестку с внебрачным ребенком. Позже задержанный в ходе воспроизведения преступления показал на манекене, как взял ребенка под руку, зажал ему рот, занес на глубину и держал под водой. А затем подтвердил все это на многочисленных допросах и очной ставке.

 

Через несколько недель после трагедии мне удалось побеседовать с Людмилой, мамой Виталика.

 

— С Андреем мы были знакомы около месяца, — рассказала Людмила. — После первой встречи три недели общались по телефону, затем он стал приезжать ко мне в Перечин. За день до смерти Виталика, после концерта в Ужгороде, Андрей произнес такую фразу: «Я бы женился на тебе, но есть одна преграда — твой сын». На следующий день он приехал в Перечин, чтобы познакомиться с моей мамой. Я была против — сказала, что еще рано. Тогда он предложил отдохнуть на речке, несколько раз повторив при этом: «Обязательно возьми сына, я хочу с ним поближе познакомиться». По дороге Андрей без всякой причины начал придираться к ребенку — кричал, обзывал его, хотя сын вел себя спокойно, не капризничал. Я даже решила вернуться домой, но Андрей пообещал, что больше не будет сердиться...

 

Когда мы загорали на пляже, я захотела посмотреть, как он относится к моему сыну, и сделала вид, что уснула. Андрей сказал ребенку: «Пойдем, поиграем на берегу камешками», подхватил его на руки и понес к воде. По дороге сын заплакал и сразу замолк. Через две минуты, не слыша голоса Виталика, я пошла к речке и увидела, что Андрей держит ребенка под водой. «Что ты делаешь? Отпусти сейчас же!» — закричала я и бросилась в речку. Он отпустил ребенка, схватил меня и со словами: «Сейчас утоплю и тебя!» потянул на глубину. Я вырвалась и выскочила на берег, Андрей выбежал за мной. «Расскажешь кому-нибудь — убью!» — пригрозил он. А Виталик так и остался под водой...

 

Вызванным врачам и милиции парень рассказал, что произошел несчастный случай. Людмила в основном отмалчивалась, и правоохранители, видя ее состояние, не задавали много вопросов. Однако после признания Андрея молодая женщина все рассказала. На следующий же день после преступления студента взяли под стражу, и с тех пор он уже пять лет находится в следственном изоляторе.

 

Смерть Виталика, которому было всего год и восемь месяцев, стала огромным потрясением для матери Людмилы. 44-летняя бабушка не смогла смириться с потерей любимого внука — сначала хотела покончить с собой, а потом, выбив дверь морга, забрала тело ребенка и попыталась унести домой. Это увидели врачи и вызвали милицию. Женщина, потерявшая от горя рассудок, вырывалась из рук правоохранителей и кричала: «Виталик жив! Верните мне моего внука!» Ее госпитализировали в психиатрическую больницу, где она находится до сих пор...

 

«На первом суде рассматривалась версия, что мальчика могла утопить сама мать»

Казалось, что после признания Андрея следствие расставило в истории с убийством ребенка все точки над «i». Тем не менее уголовное дело уже прошло через восемь судебных инстанций, и это еще не финал. На первом же суде (дело рассматривал Апелляционный суд Закарпатской области) Андрей отказался от своих признательных показаний, заявив, что правоохранители выбили их силой. «Я не топил ребенка, — начал утверждать он, — это был несчастный случай. Мы заснули, а мальчик сам пошел в воду и утонул. Милиция вывозила меня в лес, избивала, поэтому я признался в преступлении, которого не совершал». Суд отправил дело на дополнительное расследование для проверки фактов, которые могли привести к самооговору подследственного. Проверка не подтвердила применения недозволенных методов следствия, и Апелляционный суд в другом составе, признав Андрея виновным в убийстве ребенка, приговорил его к 14 годам лишения свободы. При этом студента оправдали по обвинению в другом преступлении — покушении на убийство Людмилы с целью сокрытия предыдущего преступления.

 

После кассационного заявления адвоката Верховный суд Украины отменил этот приговор и направил дело на новое рассмотрение. В ходе его от части своих показаний отказалась... Людмила. На вопрос адвоката, как она, мать, могла позволить, чтобы Андрей утопил ее ребенка, женщина расплакалась и объяснила, что на самом деле ничего не видела, потому что и вправду уснула на пляже. Тем не менее она уверена, что это сделал он. Суд опять отправил дело на дополнительное расследование, однако после кассации прокуратуры Верховный суд отменил это решение и отправил дело на новое рассмотрение. В связи с изменениями в законодательстве в этот раз судебный процесс проходил в Перечинском районном суде. Суд признал Андрея виновным и приговорил к тем же 14 годам тюрьмы. После апелляции адвоката Апелляционный суд в очередной раз отменил приговор и вернул дело на новое рассмотрение. Однако из-за отвода судей рассматривать дело в Перечине стало просто некому, поэтому его направили в Ужгородский горрайонный суд. Судебная коллегия в составе председательствующего Андрея Ференца, а также судей Алексея Лемиша и Михаила Ротмистренко приговорила Андрея к пожизненному заключению. Впрочем, на этот приговор также будет подана апелляция.

 

На следственном эксперименте Андрей в мельчайших подробностях показывал, как он совершал преступление. Фото предоставлено Закарпатской областной прокуратурой

— Приговор фактически скопирован с обвинительного заключения, — считает адвокат Андрея Юрий Анисимов. — И основывается на признательных показаниях, данных моим подзащитным на предварительном следствии. При том что Андрей — инвалид детства по зрению и имеет в связи с этим особенности развития личности. Его психологическое развитие не соответствует реальному возрасту, он инфантилен, легко поддается влиянию, давлению. Я уже пятый его адвокат, четверо предыдущих были на предварительном следствии. Андрей каждому говорил, что показания из него выбивали силой, но все адвокаты убеждали: «Молчи об этом, иначе будет хуже — получишь высшую меру наказания» (и, как видим, их слова сбываются). Жалобы на недозволенные методы следствия до меня никто не озвучивал. А ведь мотивов убивать ребенка у парня, если разобраться, не было. С Людмилой он был знаком очень короткое время, допрошенные в суде родственники парня не знали даже о существовании девушки, не то что о намерении якобы жениться на ней. Поэтому никаких преград в этом ставить заведомо не могли. Тем не менее прокуратура уцепилась за этот мотив, отбрасывая все другие. Хотя еще на первом суде рассматривалась версия, что ребенка могла утопить сама мать. Ведь это был внебрачный сын, который мешал ей устроить личную жизнь. Или же произошел несчастный случай, к чему я теперь все больше склоняюсь. Для вынесения обвинительного приговора, да еще такого сурового (последний раз на Закарпатье высшая мера наказания была вынесена в 1998 году), должны быть неопровержимые доказательства. А в виновности моего подзащитного есть сомнения...

 

«Не буду комментировать тяжесть вынесенного наказания, но то, что Андрей виновен, — вне всякого сомнения»

 

Впрочем, доказательства следствия тоже выглядят вполне аргументировано. Судебные экспертизы и медицинский осмотр, проведенные через два и через четыре дня после преступления (уже после признания Андрея), не обнаружили у задержанного никаких следов насилия. Во время многочисленных следственных действий, которые записывались на видео и на которых присутствовали адвокаты и понятые, Андрей детально, до мельчайших подробностей, рассказал и показал, как утопил ребенка. Сообщил, что сразу после этого он заставил Людмилу вызвать по телефону подругу, чтобы якобы вместе искать Виталика. А когда та пришла, не подпускал ее (даже отталкивал руками, направляя в другую сторону) к обрыву, где позже сам «нашел» мальчика. После приезда на пляж врачей и милиции Андрей просил подругу Людмилы подтвердить, что она все время была с ними. Но женщина отказалась говорить неправду.

 

— Вина подсудимого полностью доказана многочисленными экспертизами и показаниями свидетелей, которые неоднократно допрашивались в судах, — объясняет председательствовавший на процессе судья Ужгородского горрайонного суда Андрей Ференц. — Андрей не признал вины, не раскаялся, преступление было совершено с особой жестокостью, поэтому суд принял решение вынести высшую меру наказания.

«ФАКТЫ» связались с одним из предыдущих адвокатов Андрея, защищавшим его на предварительном следствии, — бывшим прокурором Закарпатской области Владимиром Лемаком и поинтересовались его мнением относительно доказанности вины осужденного.

 

— По моему убеждению, это Андрей утопил ребенка, — говорит Владимир Лемак. — Мальчик мешал его отношениям с Людмилой. Не буду комментировать тяжесть вынесенного наказания, но то, что Андрей виновен, — вне всякого сомнения. Я не настраивал своего подзащитного говорить неправду, оговаривать себя. Линия защиты была построена таким образом: нужно признать вину, раскаяться, и суд примет это как смягчающее обстоятельство...

 

P.S. Что касается Людмилы, то через несколько месяцев после смерти Виталика она вышла замуж, переехала в соседний город и родила другого ребенка. Общаться с журналистами женщина категорически отказывается.