ТИПИЧНЫЙ автобус-трясучка остановился у столбика с надписью «Лубня».
— Это значит, — спрашиваю ужгородских коллег, которые пригласили в поход, — рюкзак на плечи, и вперед?
— Нет, — отвечает Василий Бедзир из «Независимого медиапрофсоюза» в Ужгороде, — на полонину нас вывезут на газике. Там есть туристический приют — деревянная хатка, где можно переночевать, — это и будет привал. А оттуда уже пойдем на гору Черемху.
Дружно грузим тяжелые рюкзаки на кузов ГАЗ-66. Лесники, которые на протяжении двух дней будут нашими провожатыми, приветливо улыбаются. После краткой инструкции (как надо себя вести, чтобы целыми доехать на гору в открытом кузове газика) трогаемся. Ехать всего ничего — полчаса по головокружительному серпантину, но уже через несколько минут — первый пит-стоп.
— Дальше все-таки пешком? — спрашиваю лесников с надеждой в голосе. Хочется полностью испытать все тяготы и лишения туриста: взвалив на спину 20-килограммовый рюкзак, пойти вверх. Ведь эти тяготы, собственно, и есть способ достичь наивысшего блаженства, которое дано испытать лишь любителю крутых горных троп. Под грузом рюкзака ты способен преобразиться и взойти на вершину не только физически, но и духовно. Вздыхая и сопя на подъеме, через раз чертыхаясь при спотыкании, истекая потом, ты выгоняешь из себя все накопленное внизу зло и негативную энергию. Но когда заканчивается полоса леса и ты, обдуваемый пронзительным ветром, оказываешься на душистой полонине, когда осознаешь, что выше тебя здесь — только небо и что ближе к нему ты не сможешь быть нигде больше на земле, становится так хорошо, что хочется, как говорит мой друг, «або заспiвати, або вмерти».
Полет мыслей оборвал голос лесника:
— Нет, мы вас довезем. Просто сейчас выйдем у сельского музея.
На секунду я огорчилась — неужели не бывать очищению? Но, забегая наперед, скажу: оно было, только другим способом. В этот раз «чистящим средством» была... история.
В ОБЫЧНОМ сельском доме, у входа в который нас ждала женщина (как оказалось позже — заведующая клубом), находится одновременно Лубнянская школа с одним классом-комплектом, в которой, к слову, через два года вообще не будет учеников, Лубнянская сельская библиотека и клуб, а также музей села. Обычно в таких экспонируют старые предметы быта, но этот хранил вышитые сорочки, юбки, салфетки, скатерти и рушники. Смастерила эти вышивки мама завклубом, она недавно умерла. Впрочем, терять близких здесь привыкли: сейчас в селе живет около 130 человек, около 110 из них — пенсионеры, а из пенсионеров 80 человек — вдовы. Ситуация типичная для горного села: кто хочет выжить, едет в город работать, остальные — доживают на родине. От этого в Лубне по-особому спокойно и тихо, как на месте высохшего озера. Нет ни детских звонких голосов, ни тебе смеха молодецкого...
— Лубня таки не вымрет, — успокаивает нас, погрустневших, лесник Василий. — В том смысле, что люди здесь будут. Но не потомки лубнян. В последнее время здесь массово скупают земли киевляне — скоро построят лыжные курорты. Из-за этого местные «як подурiли»: раньше не могли дедову хату за тысячу гривен продать, а нынче просят за нее $10 тысяч.
КАК ТОЛЬКО мы оказались на полонине, вся мирская суета осталась внизу. Через пару километров от турприюта — вершина горы Черемха. Это — одно из лучших мест для изучения нашей истории ХХ века. На этой вершине около трех недель летом 1916-го велись бои, закончившиеся легендарным Брусиловским прорывом. Местные деды рассказывают, что тогда речка Стужица, берущая начало на Черемхе, несла вниз, в село, красные воды. В одном из ближайших сел есть кладбище, где похоронены русские офицеры. Сегодня об этом событии на горе напоминают поросшие, но все еще глубокие окопы да камни, служившие оборонными сооружениями солдатам — на них мирно греются гадюки. А еще есть легенда, что чувствующие поражение венгры зарыли здесь свое золото.
— Время от времени сюда приходят «умники» с металлоискателем — ищут, — смеется лесник Василий. — Следы от этого налицо: то тут, то там на вершине — ямы.
С Черемхи видно Польшу: параллельный хребет с точно такой же полониной — это уже чужие горы. Однажды в Лубню через него энкавэдэшники привезли на грузовиках тысячи людей — местные узнавали в них своих родных. Они сидели на кузовах на торбах и боязливо оглядывались, вспоминают старики. Так в 1947 году проходила операция «Висла».
Были в Лубне и «бэндэры» — воины украинского националистического войска. Долиной между двумя хребтами (где сегодня польско-украинская граница) в 1920-х годах совершила переход через Карпаты часть Украинской Галицкой армии, не пожелавшая оставаться на Родине под советами. Эти люди дошли до Карловых Вар и осели — там и сегодня есть украинские села.
Нынче на этих полонинах ловят нелегалов. Корейцы, китайцы, чеченцы, наверное, останавливаются на Черемхе и смотрят на польскую сторону в предвкушении, что еще день — и будут там, по ту сторону, на воле. Мы же, сидя на вершине Черемхи, вспоминаем подвиги людей, которые когда-то на этой горе и под нею боролись и плакали, надеялись и верили, что в нашей Украине все будет хорошо. Пусть их души почувствуют, что мы тоже в это верим
"Киевские ведомости"
15 липня 2008р.
Теги:
Ділитись
На головну
Версія для друку
Переслати
